Маркес: Я не будущее Ducati. Через три года могу уже завершить карьеру
Марк говорит о приходе Педро Акосты, о возможности уйти из MotoGP и о вновь обретённом спокойствии после последнего титула. Затем возвращается к 2015 году и к Валентино Росси: «Никогда не использовал бы своё влияние в медиа против кого-то».
Марк Маркес не считает себя будущим Ducati. Девятикратный чемпион мира смотрит на 2027 год, когда будет делить боксы с Педро Акостой, с осознанием того, что вступил в последнюю фазу своей карьеры. Это не значит, что он потерял желание побеждать, но его отношение к гонкам глубоко изменилось после травм и, прежде всего, после того, как он вновь завоевал титул чемпиона мира.
В длинном интервью, сделанном коллегами из Motorsport на Филлип-Айленде, испанцу снова задали вопрос, который ему задавали уже годом ранее: где он видит себя через три года?
Сложно ответить. Если уж нужно назвать процент, сказал бы, что через три года будет 70% вероятности, что я уже завершу карьеру, и 30% — что всё ещё буду гоняться. Я дошёл до момента в карьере, когда должен оценивать всё, каждую ситуацию.
Однако перспектива завершения карьеры, похоже, его не пугает. Напротив, Маркес объясняет, что обрёл спокойствие, которого раньше не знал.
Ещё один титул чемпиона мира или на один меньше не изменит того, как я завершу карьеру. Когда придёт этот момент, буду чувствовать себя свободным и в мире с самим собой. Поэтому последний титул был настолько важен.
Это понимание сформировалось через годы страданий, операций и реабилитации. Марк признаёт, что сегодня способен принять даже шестое или седьмое место, когда нет условий бороться впереди — то, что раньше он бы никогда не допустил.
Не каждый день может быть идеальным. Раньше я продолжал бы рисковать, лишь бы попытаться добиться чего-то большего. Сейчас бывают дни, когда нужно принять то, что есть.
«Акоста — будущее Ducati, я — нет»
Разговор неизбежно переходит к 2027 году и к приходу Педро Акосты в заводскую команду Ducati. Связка, которая обещает искры, но Маркес воспринимает её прежде всего как стратегический выбор производителя из Борго-Панигале.
Прежде всего очень рад за Ducati, потому что считаю, что она сделала правильный выбор для своего будущего. Я не будущее Ducati. Это так. Будущее производителя — это пилоты двадцати, двадцати одного или двадцати двух лет.
Марк указывает именно на Акосту и на Фермина Альдегера, которому предстоит перейти в команду VR46, как на молодых гонщиков, на которых Ducati должна строить своё завтра.
Думаю, Педро будет очень быстрым на Ducati. Более того, он должен быть быстрым, потому что когда приходишь в команду, которая выигрывает гонки, ты должен уметь их выигрывать. Есть перемены, которым не нужно пытаться сопротивляться. Их нужно принять, учиться и стараться становиться лучше.
Чтобы объяснить сопоставление поколений, Маркес прибегает к футбольному сравнению: Лионель Месси и Ламин Ямаль.
Если посмотреть на то, чего они добились, то, конечно, Месси — величайший. Но сегодня у Ямаля больше скорости и энергии. У Месси же — выдающееся качество и невероятный опыт. Вот это и есть сравнение между поколениями.
Что касается давления, которое будет сопровождать сосуществование с Акостой, Марк не ищет оправданий.
В MotoGP у всех пилотов есть давление, потому что все хотят побеждать. Когда мы приедем в Малайзию в феврале, уже с первого дня тестов все захотят быть самыми быстрыми. Если у тебя нет этого желания, ты не пилот MotoGP.
Отсылка к 2015 году и Валентино Росси
Один из самых значимых фрагментов интервью касается медийного влияния больших чемпионов и того, как они могут воздействовать на болельщиков. Интервьюер возвращается к марту 2016 года, когда встречался с Маркесом после спорного завершения чемпионата мира 2015 года и столкновения с Валентино Росси. Тогда заголовок интервью был: «Иметь влияние в медиа — это одно, использовать его против кого-то — другое».
Сегодня, десять лет спустя, Марк стал одной из самых влиятельных фигур во всём паддоке MotoGP. Вопрос неизбежен: приходило ли ему в голову использовать это положение против соперника?
Если у тебя есть определённое влияние, то потому, что раньше ты делал всё правильно, не обязательно потому, что ты делаешь всё правильно сегодня. Но я никогда не использовал бы то медийное влияние, которое у меня есть, против кого-то. Могу использовать его в своих интересах, и в некоторых случаях так и делал, но не для того, чтобы атаковать другого человека. Когда Беццекки меня задел, я попросил своих болельщиков не атаковать его.